
Настенные часы на кухне встали в четверть двенадцатого. Обнаружила я это не через час и не на другой день. Кажется, прошла неделя.
Стрелки замерли между одиннадцатью и двенадцатью, и с моего места за столом это выглядело нормально. Половина двенадцатого. Я смотрела на них каждое утро и ничего не подозревала. Часы врали ровно так, как мне было удобно, а я им верила.
Потом вспомнила Грибоедова. «Счастливые часов не наблюдают» — это Софья, из «Горя от ума», действие первое.
Мне кажется, Софья или лукавила, или ей просто повезло с тем вечером. Я, например, смотрю на часы постоянно. Поднимаю голову от блокнота, а уже вечер. Смотрю на бегу, когда знаю, что до конца маршрута семь минут. Смотрю без всякой причины, по привычке.
Может, Софья имела в виду не это. Счастливый человек поднимает голову, чтобы удивиться. Несчастливый поднимает голову, чтобы досчитать.
Я не знаю, счастливая ли я. Но часы я в итоге починила. Купила батарейку, встала на табурет, сняла их со стены, поставила стрелки на верное время и повесила обратно. Полдня потом гордилась собой.
Идут. Показывают точно. Тикают громче, чем мне помнилось. Иногда ловлю себя на том, что жду, когда они снова соврут.