
Дождь пошёл на третьем километре. Я к тому моменту уже успела придумать три причины развернуться: колено ноет, кроссовки промокли, вообще странно бегать в такую погоду. Ни одна не сработала, потому что дома ждала недописанная глава, а она не пишется, когда я злая на себя.
Добежала до конца аллеи. Мокрые листья, лужи, редкие прохожие с зонтами. На обратном пути поняла одну вещь: мне не спорт нужен, мне нужны эти сорок минут, когда никто ничего от меня не хочет. Даже я сама.
Дома Довлатов лежал ровно на зелёном блокноте. Не рядом, не на подоконнике, а именно на нём, лапой на последней странице. Я его сдвинула, он обиделся и ушёл. Потом вернулся.
Пока закипал кофе, я сняла с батареи полотенце и постояла у окна, где ничего не менялось к лучшему.
Я открыла блокнот и дописала сцену, которую три дня не могла сдвинуть. Не потому что после бега приходят идеи. Просто пока бежишь, в голове становится тихо, и наконец слышно, что говорят герои.
Завтра, если не будет дождя, побегу снова. Если будет, тоже побегу.